В чем смысл «экономики счастья»?
Новое направление «Экономика счастья» возникло на стыке  трех наук: экономики, социологии и психологии в 70-е гг. ХХ в. Группа  американских ученых под руководством Ричарда Истэрлина обнаружила, что  доходы американцев за исследуемый период существенно выросли, а доля  счастливых людей практически не изменилась. Полученные выводы были  названы «парадоксом Истэрлина». Эти исследования вызвали широкий  резонанс в научных кругах, поскольку выводы ученых поставили под  сомнение традиционное стремление общества к увеличению потребления в  виде достижения роста реального ВВП на душу населения. Если рост  потребления не делает людей счастливее, то от чего тогда зависит уровень  счастья? И стоит ли в этом случае направлять ограниченные ресурсы  общества на производство все большего количества материальных благ? В  попытках опровергнуть парадокс Истэрлина ряд ученых провели повторные  исследования для более широкого списка стран. Однако дискуссия до сих  пор не завершена. Об экономике счастья впервые заговорили в XVIII в. c появлением труда  основоположника классической экономической теории Адама Смита  «Исследования о природе и причинах богатства народов». Адам Смит в  теории благосостояния сделал акцент на производстве, рассматривая  благосостояние как синоним богатства, где под богатством понимались  продукты материального производства. В рамках данных представлений  основа и источник благосостояния — это накопление национального  капитала, а показатель уровня благосостояния — рост количества благ на  душу населения или чистый доход нации, который функционально зависит от  факторов производства: труда, капитала, земли. Следовательно, факторы  экономического роста, важнейшими из которых являлись накопление капитала  и разделение труда, автоматически становились факторами роста  благосостояния. В отличие от А. Смита основатель утилитаризма философ Иеремия Бентам,  богатство рассматривает как частный случай удовольствия, а сведение всех  мотивов человеческого поведения приравнивает к достижению удовольствия.  Благосостояние он предлагал измерять вычитанием суммы страданий из  суммы удовольствия за данный период времени. В своей теории он исходит  из того, что каждый человек может осуществлять те арифметические  действия, которые нужны для получения максимума счастья. И. Бентам не  доверял согласованию индивидуальных стремлений к благосостоянию рынку и  конкуренции, считая это прерогативой законодательства, где идеальный  свод законов должен быть построен по принципу «максимальное счастье для  всех». В 1930-е годы вышла работа Пола Самуэльсона, который выразил  благосостояние народа математической формулой, «перевел» экономическую  теорию на язык математики. Примерно в то же время другие ученые Саймон  Кузнец и Ричард Стоун разрабатывали национальные системы учета,  послужившие основой для оценки валового национального и внутреннего  продукта, правда основной целью их изысканий была необходимость поиска  государственного механизма регулирования процесса товарного производства  в периоды экономических кризисов.  В 1940-е годы показатель валового национального продукта (ВНП) определен  Международным валютным фондом и Всемирным банком как индекс  межстранового сравнения. С годами этот индекс все больше стал пониматься  как мера благосостояния и процветания разных стран.  Первым государством, которое вместо привычного показателя ВВП перешло на  учет «валового внутреннего (национального) счастья» (ВНС) стало  государство Бутан с населением в 700 тыс. человек. Государство принимает  все возможные меры для создания и поддержания условий, которые  способствуют достижению счастья для всей нации.