Успешная продажа зарубежного актива по правилам Закона о банкротстве 
Дело Шныря    А43-8377/2018
В рамках дела о банкротстве Шныря А.В. было установлено, что должнику принадлежат на праве собственности два зарубежных актива – квартира и гараж, находящиеся в Болгарии. 
Управляющий обратился в АС Нижегородской области с заявлением об утверждении положения о реализации этих зарубежных активов по правилам Закона о банкротстве. 
Суд первой инстанции утвердил положение, указав при этом следующее: 
🔸при применении норм иностранного права арбитражный суд устанавливает содержание этих норм, если содержание норм иностранного права, несмотря на принятые в соответствии с статьей 14 АПК РФ меры, в разумные сроки не установлено, арбитражный суд применяет соответствующие нормы российского права (ч. 1 и ч. 3 ст. 14 АПК РФ);
🔹с учетом того обстоятельства, что судом не установлено наличия правовых норм Республики Болгария, регулирующих институт личного банкротства граждан, позволяющих исполнить определение суда и реализовать имущество по правилам процессуального законодательства Республики Болгария, порядок реализации имущества, указанного в Положении осуществляется на основании российского законодательства.
Напомню, что суд устанавливает содержание норм иностранного права по своей инициативе и в силу обязанности, возложенной на него законом (ex officio) – ст. 1191 ГК РФ, ст. 14 АПК РФ. 
Проанализировав открытую информацию по делу из кад арбитра, я не обнаружил сведения о том, что АС Нижегородской области в целях установления норм иностранного права обращался за содействием в Минюст, или привлекал эксперта, или возлагал обязанность доказывания содержания норм на стороны (п. 2 ст. 14 АПК РФ). 
Исходя из этого мне представляется слегка неубедительным, поспешным вывод суда первой инстанции о применении к таким отношениям норм российского законодательства. 
Однако, очевидно, что утвержденный порядок реализации зарубежных активов полностью устраивал кредиторов и управляющего. Поэтому вопрос о том, должным ли образом суд первой инстанции исполнил свою обязанность ex officio, никого не интересовал.  
Апелляция 
Должник попытался отменить определение суда, но апелляционный суд поддержал выводы суда и оставил его судебный акт без изменения. 
Кассация 
Далее, предположительно, мать совместных с должником детей попыталась отменить в кассационной инстанции судебные акты нижестоящих судов, обосновав свое требование, в том числе следующим: 
🔸продажа объектов недвижимости должна осуществляться в соответствии с законодательством Республики Болгария, так как граждане Европы более платежеспособны и заинтересованы в приобретении зарубежной недвижимости; 
🔹реализация спорного имущества на территории Российской Федерации ограничивает доступ к торгам большому количеству потенциальных иностранных участников; 
избранный финансовым управляющим способ продажи имущества должника является менее затратным, однако не выгодным для его кредиторов.
Однако кассационный суд оставил судебные акты без изменения, поддержав выводы нижестоящих судов, и также указал на недоказанность заинтересованным лицом того, что процедура реализации активов по правилам законодательства Республики Болгарии, с учетом ее потенциальных расходов, является более выгодной, чем процедура реализации по правилам российского законодательства. 
В ноябре прошлого года зарубежные активы Шныря А.В. были проданы за 3,6 млн руб. 
Выводы
Ранее я отмечал, что регулирование реализации зарубежных активов должно быть гибким – управляющий и кредиторы должны иметь право выбора того или иного способа продажи, который является наиболее выгодным для них.  
В отдельных случаях выгоднее провести реализацию по правилам российского законодательства, а иногда по правилам того государства, на территории которого находятся активы. 
Данный кейс и дело Габова наилучшим образом демонстрирует, что на сегодняшний день участники процесса обладают лишь обеспечиваемой судебным усмотрением гибкостью в избрании способа реализации зарубежных активов. Но и это уже хорошо.