Вчера в Белом доме собралось около 50 человек: члены правительства, лучшие экономисты страны, ректоры нескольких экономических вузов, банкиры… Владимир Путин заявил, что он решил «поставить экспертную работу с аналитиками на регулярную основу».
Глупо было бы скрывать, что министр финансов Алексей Кудрин в это время, прикрыв рукой от лишних глаз, увлеченно писал эсэмэску. Возможно, в этом не было снисходительного отношения к аналитикам. Возможно, ему надо было срочно написать эсэмэску. Всякое может быть.
Премьер между тем был поразительно откровенен:
— Мы с вами очень хорошо знаем, что в конце этого года состоятся парламентские выборы, выборы в Государственную думу, в марте следующего года — президентские выборы. Практически год остался. Нормально для любой власти, для любого правительства — проанализировать, что сделано, как сделано, каких целей удалось добиться, какие ошибки были совершены, что нужно сделать, чтобы избежать ошибок в будущем и эффективно развиваться.
Выяснилось, что уже создана 21 рабочая экспертная группа (и когда успели?) по всем основным направлениям — «от макроэкономики и здравоохранения до снятия административных барьеров и укрепления позиций России на глобальных рынках».
— Как мы и договаривались,— продолжил премьер,— к участию в экспертной работе привлекаются представители и федеральных, и региональных органов власти, научное и бизнес-сообщества, Российская академия наук, университеты, ведущие объединения предпринимателей, авторитетные специалисты, аналитики. Я считаю вполне целесообразным подключить и ваших зарубежных коллег к этой совместной работе.
При этом премьер заявил, что помнит, как была заявлена и одобрена стратегия развития до 2020 года. Но выяснилось, что ее нужно серьезно корректировать с учетом некоторых обстоятельств. И каких же?
— Собственно говоря, почему мы обратили свое внимание на период после 2012 года? Не только в связи с политическим календарем (то есть и в связи с ним тоже.— А. К.), но и в связи с тем, что в соответствии с программой долгосрочного развития до 2020 года мы исходили из того, что 2012 год — это новый этап в развитии экономики социальной сферы России,— сказал премьер.
То есть программа развития страны после 2012 года с самого начала была, по сути, предвыборной программой кандидата в президенты — правда было не ясно, какого.
— И, разумеется, мы не можем делать вид, что ничего за это время не произошло ни в нашей стране, ни в мире,— продолжил премьер.— Мы знаем, что мировая экономика столкнулась с системным кризисом — и наша тоже. И на это мы тоже должны отреагировать в наших планах и программах. Мы отдаем себе отчет и в том, что механизмы достижения этих целей с учетом посткризисных реалий должны совершенствоваться. Нужно искать более эффективные модели, более гибкие решения, повышать отдачу от бюджетных инвестиций и программ. Ход проводимой экспертной работы мы будем рассматривать ежеквартально на заседаниях правительства. И первое такое обсуждение намерены провести в конце марта. В августе 2011 года заслушаем промежуточный, а в декабре 2011-го — итоговый доклад о результатах экспертных проработок.
Таким образом, результат работы группы, которую берет в свои руки Владимир Путин, появится в канун парламентских — перед президентскими выборами. Очевидно, выводы экспертов, дает понять премьер, могут быть аргументами в решении о том, кто из двух членов тандема будет баллотироваться на следующий президентский срок.
К тому же премьер намерен напряженно работать с экспертным сообществом, разрабатывая программу действий на ближайшие несколько лет — то ли для себя, то ли для того, кого назовет своим преемником Дмитрий Медведев (в том числе и если он в конце концов назовет себя).
Премьер передал слово ректору высшей экономической школы Ярославу Кузьминову.
Он рассказал, что уже со следующей недели заработает публичный ресурс в интернете на базе «РИА Новости»: «Мы вчера договорились, что на этом, наверное, наиболее представительном интернет-ресурсе мы сможем в наибольшей степени расширить круг обсуждения, набор рассматриваемых вариантов…»
Эта площадка, по его мнению, позволит быстро выйти на молодых экспертов из регионов и на международных экспертов.
Эксперты, с которыми организаторы проекта уже договорились, внушают по крайней мере интерес.
— Сейчас мы уже имеем предварительные договоренности с лордом Майклом Барбером (это крупнейший реформатор в Великобритании); с лауреатом Нобелевской премии Эриком Маскином, с Мануэлем Кастельсом (создатель теории информационного общества) и рядом других выдающихся экономистов и организаторов экономической политики,— рассказал господин Кузьминов.— На следующей неделе мы планируем провести совещание у заместителей председателя правительства и рассмотреть вопросы организационной и информационной поддержки экспертных групп… в дальнейшем мы предлагаем сделать такие совещания регулярными, может быть, один раз в две недели…
Амбиции этого совещания в Белом доме росли с удивительной скоростью.
Речь шла о привлечении Росстата, крупнейших банков, о том, что надо заново оценивать социальные обязательства государства, более жестко подходить к эффективности бюджетных затрат, о новых, более достойных контрактах с бюджетниками, «о системе технологичного аудита инвестпроектов»…
Речь шла, по сути, о разработке новой модели экономики.
Алексей Кудрин прикрыл глаза. Я не утверждаю, что он задремал.
Между тем премьер, собственно говоря, сразу открыл дискуссию, о необходимости которой так долго сам только что говорил. Ему не очень понравилось сравнение России как социального государства, которое думает о благе граждан, со странами БРИК, куда Россия, впрочем, тоже входит:
— Это, знаете, всегда на уровне искусства — эффективность этих социальных затрат,— заявил он.— Вот вы сейчас вспомнили про страны БРИК. Они не спешат создавать социальные государства, вы сказали. У нас абсолютно разные точки отсчета: у нас — в условиях плановой экономики, в условиях государственного патернализма, когда государство отвечало за все и было обязано все сделать,— граждане ожидали каких-то действий со стороны государства, а во многих других странах БРИК ничего подобного не было. Это развивающиеся страны… я не хочу публично ничего комментировать, но вы все понимаете: у них никогда не было таких обязательств перед населением, перед своими людьми — никогда… И поэтому они могут себе позволить за счет граждан решать какие-то вопросы и проблемы.
В новой стратегии идея социального государства дорога, видимо, премьеру, как никакая другая.
Премьер дал слово Владимиру Мау, ректору Российской академии народного хозяйства и госслужбы. Ректор признался, что происходящее сейчас в этом зале — огромный вызов экспертному сообществу и что сейчас вообще везде в мире идет поиск новой модели роста.
— Все ищут новые теории развития экономики,— сообщил он.— Кто их найдет раньше, получит фору. Надеюсь, что это сделаем мы.
— То есть маусианство,— произнес премьер.
— Мауизм…— негромко проговорил глава Сбербанка Герман Греф.
Но премьер его услышал.
— Это вы юмор сказали? — переспросил он господина Грефа.
Герман Греф не настаивал на произнесенном.
— У китайцев между прочим маоизм-то не получился,— закончил премьер.
Может, у нас мауизм получится.