Генеральный консул РФ в городе Шэньян в КНР Сергей Пальтов рассказал в интервью РИА Новости о сотрудничестве северо-восточных провинций Китая и российского Дальнего Востока, о положительном влиянии Шелкового пути на развитие российских регионов, о возможностях освоения международного транзитного маршрута Владивосток-Суйфэньхэ-Харбин-Маньчжурия-Чита и изменении туристических потоков из Китая в Россию. Беседовала Анна Раткогло.
— Как вы оцениваете инициированный властями КНР проект экономического пояса Шелкового пути? Для России он является плюсом или, скорее, минусом?
— Очевидно, что от коридора экономический пояс Шелкового пути для России имеется неплохая выгода. Порты российского Дальнего Востока получат устойчивые и немалые грузовые потоки. Часть из них можно было бы замкнуть на БАМ и Транссиб. Дальневосточный регион в целом получит дополнительный импульс для дальнейшего подъема и открытости, что еще больше укрепит позиции России в АТР.
Россия и Китай на современном этапе сталкиваются с необходимостью решения стратегических задач, над которыми ведется работа, в том числе на самом высшем уровне. Российская стратегия социально-экономического развития Дальневосточного и Байкальского регионов до 2025 года подразумевает запуск базовой транспортной инфраструктуры и инвестиционных проектов, расширение возможностей железных дорог Сибири, повышение качества транзитного обслуживания, чтобы интегрироваться в международную транспортную систему.
— Какие конкретные шаги предпринимаются со стороны КНР в рамках расширения сотрудничества с РФ?
— Китайская сторона и лично Председатель КНР Си Цзиньпин отмечают необходимость сооружения для обеспечения трансграничных коммуникаций фундаментальных объектов инфраструктуры, наращивания сотрудничества в сфере экспорта китайских товаров через российские железные дороги и порты Дальнего Востока. С начала реализации в 2003 году программы подъема старой промышленной базы Северо-Восточного Китая значительное внимание уделялось развитию региональной транспортной инфраструктуры. Это отразилось в различных программных документах, таких как "Развитие автомобильных дорог и портового хозяйства трех провинций Северо-Восточного Китая на 2004-2020 годы", "Развитие логистической отрасли Северо-Восточного Китая на 2013-2020 годы", "Расширение открытости Северо-Восточного Китая в регионе Северо-Восточной Азии на 2012-2020 годы".
Особая роль принадлежит провинции Хэйлунцзян, которая в свое время, за год до обнародования Пекином в 2013 году концепции "Великого Шелкового пути", выдвинула идею освоения международного транзитного маршрута Владивосток-Суйфэньхэ-Харбин-Маньчжурия-Чита. По мнению китайцев, такой путь мог бы дать Китаю более удобный выход к Европе и Северной Америке через территорию РФ, а также расширить рамки взаимовыгодного сотрудничества. В качестве аргументов в пользу данной идеи называется следующее. Товарооборот провинции Хэйлунцзян с Россией превысил 21 миллиард долларов США, что составляет около четверти от показателя по всему Китаю. Причем на Россию в ряде городов и районов Хэйлунзцяна приходится чуть ли не половина или даже больше от объема всей внешней торговли. Это существенно выше, чем у других приграничных регионов Китая — СУАР (24%), АРВМ (21%) или Цзилиня (23%).
Потенциал данного транспортного коридора пока не раскрыт до конца и представляется весьма солидным. Для соединения маршрута Владивосток-Суйфэньхэ-Харбин-Маньчжурия-Чита с другими транспортными коридорами необходимо скоординировать работу лучших портов АТР, а также соединить железные и автодороги провинции Хэйлунцзян с Владивостоком, Находкой и другими важными российскими гаванями и логистическими пунктами. Идут активные переговоры между Харбинским железнодорожным управлением и Дальневосточным железнодорожным управлением России по проектам "Приморье-1" и "Приморье-2". Компании юга Китая из Шанхая, Цзянсу, Гуаньдуна, Фуцзяня хотят наладить поставки в Европу по "Северному пути" как наиболее удобному. Представители региональных администраций и предприятий Японии и Республики Корея неоднократно приезжали в Суйфэньхэ, надеясь достичь существенного прогресса и демонстрируя серьезные намерения сотрудничать в деле освоения этого транспортного коридора.
Не забыты и международные аспекты проблемы. С 2012 года, после соответствующей встречи в Суйфэньхэ, китайцы энергично лоббируют подписание соглашения о трансграничных перевозках между КНР, Россией, Японией и Республикой Корея. На рабочем уровне уже проведена большая работа по администрированию, транспортной стандартизации, регулированию сквозных перевозок, выработке отрезков путей транзитных перевозок, выработке единых стандартов.
— Иными словами, Шелковый путь является проектом, который сегодня, по сути, выгоден всем?
— Мы с китайцами в вопросах развития нового Шелкового пути — на одной стороне. По сути, это комплексный проект формирования мегаблока от Калининграда до Гонконга, который может существенно поднять общую конкурентоспособность наших стран в мире и обеспечить доступ на емкие рынки. В ходе официального визита президента Путина в Пекин 25 мая вновь акцентировалась важность сопряжения национальных стратегий строительства Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути, а также необходимость продолжения реализации ряда других крупных проектов в сфере развития транспортной инфраструктуры.
Уверен, что первые шаги, которые мы делаем сегодня, приведут к гармонизации региональных интеграционных договоренностей, новому уровню экономического партнерства на всем Евразийском континенте.
— Существуют ли в настоящий момент или, возможно, планируются в ближайшей перспективе какие-либо масштабные проекты в приграничных зонах России и КНР?
— Связи субъектов Российской Федерации с провинциями Северо-Востока КНР — Ляонин, Цзилинь, Хэйлунцзян — всегда отличались динамикой и разнообразием. В последнее время они продолжили развиваться в позитивном и более предметном, практическом ключе на фоне поступательно развивающихся двусторонних отношений. Высветились новые перспективы — в свете западных санкций вектор развития внешних связей для многих российских регионов стал действительно разворачиваться на Восток. Позитивно сказались усилия по улучшению инвестиционного климата в ДВФО. Также отчетливо чувствовался импульс, придаваемый Пекином, по повышению качества и количества этих обменов. Активно продвигался проект экономического пояса Шелкового пути, в том числе что касается строительства транспортного коридора СВК-Россия-Европа.
— Какая сторона чаще выступает инициатором такого сотрудничества?
— Приграничные регионы хорошо знают друг друга, поэтому дефицита в инициативах с той или другой стороны нет. К примеру, только в 2015 году подписаны такие важные документы, как межправительственное соглашение о сотрудничестве между провинцией Хэйлунцзян и Свердловской областью; межправительственное соглашение между Волгоградской областью и провинцией Цзилинь о сотрудничестве в торгово-экономической, научно-технической и культурной областях; соглашение между Находкинским морским рыбным портом и корпорацией "Даляньский порт" об участии в реконструкции российской портовой инфраструктуры, соглашение о сотрудничестве между ТПП Волгоградской области и Ассоциацией промышленников и предпринимателей провинции Цзилинь, а также ряд других договоренностей.
На 2016-2018 годы можно прогнозировать продвижение или завершение таких крупных проектов и/или инициатив, как реализация договоренности о строительстве в бухте Троица Приморского края многофункционального порта Зарубино и возведении в городе Хуньчуне логистического центра, возведение мостов через реку Амур — первых в истории — в районе населенных пунктов Нижнеленинское-Тунцзян и Благовещенск-Хэйхэ, организация Российско-китайского ЭКСПО, Восточного экономического форума, Форума стран Северо-Восточной Азии.
— Как за последний год-два изменился поток граждан Китая, выезжающих в РФ из приграничных с Россией северных провинций КНР? С чем, на ваш взгляд, это связано?
— Последние год-два визовые объемы в генконсульстве в Шэньяне стабильны. В первом полугодии 2015 года наблюдалось уменьшение количества обращений китайских граждан за визами (до 20% по сравнению с аналогичным периодом 2014 года), однако данная тенденция сменилась активным ростом во втором полугодии 2015 года. Из общего числа заявителей граждане КНР составили 99%.
При этом структура визовых обращений претерпела существенные изменения. Доля обыкновенных деловых виз в общем объеме обращений достигла примерно двух третей.
Ускорились темпы сокращения выдаваемых рабочих виз — по результатам бесед с китайскими партнерами, основными причинами, влияющими на сокращение потока легальной трудовой миграции из регионов Северо-Восточного Китая, называются кризисные явления в экономике России в течение 2014-15 годов и необходимость сдачи экзаменов по русскому языку.
— Какие тенденции наблюдаются в сегменте туристических обменов?
— Несомненно, обращает на себя внимание значительное падение выдаваемых туристических виз (примерно вдвое). С вступлением в силу в 2014 году соглашения между правительством Российской Федерации и правительством Китайской Народной Республики об облегчении поездок от 2013 года китайским гражданам, ранее оформлявшим туристические визы для краткосрочного посещения РФ с коммерческими целями, стало намного проще и выгоднее использовать для этого так называемые прямые приглашения от российских юридических лиц.
Заметно — на 50% — увеличилось число граждан КНР, выезжающих в Россию на учебу. Особо высокий процент студентов направлялся в вузы Томска и Новосибирска. Такие показатели, видимо, связаны с фактическим удешевлением стоимости обучения для китайских студентов при переводе в китайскую валюту и, соответственно, повышению привлекательности российских вузов для обучения.
— Какие регионы РФ в настоящее время являются наиболее привлекательными для жителей КНР?
— География посещения федеральных округов гражданами КНР, оформившими рабочие визы, в целом стандартна и не подвержена особым изменениям. В лидерах продолжал оставаться Дальневосточный федеральный округ — в основном Приморский край, Хабаровский край, Амурская область, куда направляется около 70% китайской рабочей силы.
Что касается основных туристических направлений, то значительный процент людей старшего поколения по-прежнему интересуются дальневосточными регионами, тогда как, по опросам молодых дунбэйцев, они предпочли бы посетить Москву, Санкт-Петербург, города Золотого кольца.
— Наблюдается ли среди жителей КНР интерес к изучению русского языка, в частности на северо-востоке страны?
— На фоне некоторого снижения интереса к изучению русского языка среди молодежи в современном Китае особняком стоят северо-восточные провинции. Здесь по-прежнему, несмотря на явные симпатии в сторону английского, корейского и японского языков, сохраняется уважительное отношение к русскому как языку Пушкина и Толстого, Островского и Шолохова.
Изучение русского языка в Северо-Восточном Китае в целом поддерживается на достойном уровне, а в ряде провинций наблюдается рост числа студентов и школьников. Русский язык занимает в регионе четвертое место в ряду иностранных и преподается на филологических факультетах университетов и педагогических институтов, где имеются соответствующие кафедры. Из примерно 140 высших учебных заведений КНР, в которых ведется преподавание русского языка как основной специальности, более одной трети находится на северо-востоке страны (Хэйлунцзян — свыше 30 учебных заведений, Цзилинь — примерно 15, Ляонин — свыше 10). Обучение русскому языку и культуре, по оценке здешних экспертов, проходят в общей сложности порядка 20 тысяч студентов Северо-Восточного Китая. Изучается русский язык и в ряде средних школ.
— Чем, на ваш взгляд, продиктован подобный интерес к изучению русского языка?
— Прежде всего интерес к русскому объясняется историческими и географическими причинами, а также объективной заинтересованностью Северо-Восточного Китая в развитии всесторонних контактов с Россией и странами бывшего СССР. Значительные объемы приграничной торговли с нашей страной, контакты по линии административно-территориальных единиц, растущее количество российских граждан, посещающих регион с коммерческими и туристическими целями, способствуют увеличению спроса на квалифицированных специалистов, владеющих русским языком. Специалисты со знанием русского языка становятся все более востребованными в крупных китайских компаниях. Росту интереса к изучению русского языка способствовало проведение мероприятий в рамках двусторонних годов молодежных обменов, Российско-китайского ЭКСПО.
— Популярны ли на северо-востоке КНР русскоязычные СМИ?
— Годы дружественных обменов СМИ должны придать импульс интенсификации профессионального диалога и, как следствие, повышению интереса к российским СМИ среди китайцев. Пока же резерв весьма солидный.