Блог из Луганска: между друзьями - пропасть
Да что там, почти все надеялись, что за отпуск всё как-то уляжется и разрешится - без нашего непосредственного участия. Потом было сложно вернуться. А потом появилась ещё сотня вопросов - жильё, работы, учёба детей… И как-то стало даже привычно вот так - на два дома, без любимых кастрюлек. А из оставленных дома вещей, все разом выросли… А самое странное, что понять, где теперь этот дом почти невозможно. Оставленный дом в Луганске, с ремонтом, любимыми вещами, книгой на тумбочке и засохшим лаком для ногтей, или дом в новом доме с чужими запахами, чужой мебелью, привычной уже вмятиной на диване и скрипом старых пружин… То, что было на недели и месяцы стало с новой единицей времени - на годы. И приезжая домой в Луганск тянет уже в тот дом, где семья, хотя ничего своего и хорошего в том доме нет, кроме людей в нём… А оставшиеся в Луганске также решают десятки насущных вопросов и бытовых проблем. Ищут и меняют работу, нервничают, ожидая зарплату, и как-то всё дальше становятся от тех, кто уехал, хотя до лета 2014 нас отделяло всего ничего - пара метров между столами в офисе. Удивительно странным стало общение с уехавшими. Они доказывают всем нам, что у них всё хорошо - дом, работа… И новый дом с новой мебелью, и новая работа с лучшей зарплатой. И даже новые семьи уже там, где новый дом… Будто ничего плохого там быть у них не может. Для реалистичности и достоверности говорят, что жить дорого, что скучают по своему дому, вещам и стареющим здесь родителям. Но большей частью эти рассказы полны преувеличений и эпитетов в адрес того, как хорошо всё у них теперь - рядом море, культурная жизнь, метро или красная рыба, которой полно в новом городе их новой жизни… Мы-то тоже здесь хороши - у нас всё отлично. Редко кто после таких оптимистичных монологов сознается, что всё не так уж гладко. Да и если жаловаться, ответ обычно один - нужно уезжать, или: а чего не уехали? И в этом пропасть - они прошли через поиски работы и смену жилья, перевозя свои пожитки с одной квартиры в другую, а мы всё время были дома, и при этом ещё и жалуемся. На жалобы возникает стойкое чувство, что нужно помочь или перестать общаться. А тому, что всё хорошо не очень верят. И сам не очень этому веришь... И стремясь всем сердцем в свой запертый дом и оставленную здесь жизнь, друзья находят заржавевшие краны и полное недоумение - что же так тянуло сюда? С такими-то трудностями ехать в Луганск. Мёрзнуть под блок-постами в очередях. Тащить лекарство родственникам. За такие-то деньги просто, чтобы проведать дом? Если это отпуск - то очень уж дорогой и изнурительный. А просто чтобы проведать квартиру, слишком дорого и ничего такого, как ожидалось в плане эмоций, нет. Было в самый первый раз - когда наткнулись глазами на этот самый забытый и засохший лак под лампой и забытую на тумбочке книгу, всплакнулось и… прошло. У всех здесь своя жизнь, работа. Кто скажет, где лучше? Никто кроме тебя. Подруга не смогла оставить мать и любимую работу, а их сынишку муж увёз в Москву к своей родне. Увёз и оставил там. Уже бывший муж. А потом и Skype у них отчего-то перестал отвечать… Ей отсюда с Москвой судиться целое дело - дорого, накладно, сложно. Как быть? Она-то по-прежнему здесь с матерью и любимой работой, хотя и надеждой вернуть сынишку… Таких примеров сейчас - на тома. Подруга сына вывезла в Киев в интернат. Мудрая подруга! Она здесь, а сын там - нужен украинский аттестат. Он два года с матерью только по телефону общался, жил, как сирота, в чужом доме, среди чужих людей. Сейчас уже сын студент, она ему сумки передаёт водителем - колбасу, носки, деньги. Говорит, сыну нужно будущее, работа, понятный диплом. А она здесь детей учит. Чужих детей, кому подойдут и местные аттестаты. Пережившие то страшное лето 2014-го в Луганске будто бы гордятся этим опытом. Мы-де здесь были, на моря не ездили. Как будто и речь не об этом шла в беседе, но в свой клан тебя будто не пускают - маловато опыта, не понять, как мы под кроватью в темноте лежали, за водой часами стояли… Тоже пропасть. На днях услышала оправдательное о ком-то: "Она то лето в Луганске пережила. Стресс, нарушения психики, сами понимаете". Мне подружка фото сала прислала - дешёвое, с прожилками, на каждом шагу в её новом городе. Наверное, хотела как лучше, а вышло, как фото хлеба в блокадный город слать. И всё реже как-то мы теперь общаемся. Всё сложнее отчего-то. Им понять, что мы здесь, а нам объяснить это. Мой лучший друг в конце 2014 года прислал мне письмо: "Твои вещи и деньги нужно отдать беженцам". Он был в Киеве, я - здесь. Он на полу на чужой кухне в спальнике спал, не было денег снимать даже комнату, а я в своей постели под канонаду засыпала. У него была моя сотня долларов, не знал, как мне их переправить. И я рыдала над этим его письмом в одну строчку день - не денег было жаль, а отношений, к которым мы шли с ним годами вместе. Неужели то лето так смогло разделить нас? Годы перечеркнуло, воспоминания, планы. Я написала ему, что он может поступать, как считает правильным. А он спустя время ответил мне: "Прости и рассчитывай на меня, когда нужна будет помощь".
Как же быстро и неумолимо время. Летом 2014-го кто-то покидал город с чемоданом вещей и думал, что вернувшись с моря, войдёт в свою прежнею жизнь, как будто ничего и не было.