Ошибка, изменившая жизнь
Семья Рилатт приняла Валери как свою биологическую дочь, когда той было чуть больше двадцати "Пегги часто говорит, что я жила ее жизнью, а она - моей", - говорит Валери Рилатт. Первые двадцать лет так оно и было. В 1936 две новорожденные девочки покинули больницу города Ноттингем с чужими родителями. Это произошло из-за административной ошибки при пересменке медицинского персонала. Валери воспитывали Чарльз и Маргарет Вилер. Но Маргарет изначально подозревала, что привезла из больницы не свою дочь. "Я родилась преждевременно", - рассказала Валери Рилатт, которой сейчас уже 78 лет, журналистам из Jeremy Vine Show, программы радиостанции BBC Radio 2. "Думаю, мама недоносила меня недели четыре или пять. Но Маргарет знала, что ее дочь была доношенной. У нее это был уже второй ребенок, и она сразу распознала различные признаки. Я не умела сосать как следует. У меня не до конца сформировались ногти, а на ушах был пушок". У Маргарет все больше крепла мысль, что ее дочь - другая девочка, которую назвали Пегги. Но когда она заявила об этом в больнице, ее заверили, что она ошибается. Впрочем, доверяя своему материнскому инстинкту, она постаралась подружиться с семьей Пегги и время от времени ее посещать. С каждым новым визитом Маргарет все больше убеждалась, что на самом деле это она - мама Пегги. Дошло до того, что однажды она назвала Валери "узурпаторшей", когда та на нее косо посмотрела. "Мне было очень-очень обидно слышать, что меня считают узурпаторшей, - говорит Валери. - Но потом Маргарет заверила меня, что это было лишь мгновенное, мимолетное чувство". Подрастая, девушки становились все более похожи на своих биологических родителей. Однако Фред Рилатт отказывался верить, что Пегги - не его родная дочь. Когда ей было шесть или семь лет, он запретил ей сдать кровь на анализ, на котором настаивала Маргарет. Врач, который помог Пегги появиться на свет, также уверял, что ошибки не было - наверное, волнуясь за свою репутацию. Сама Валери тоже начала подозревать, что растет не в своем доме. "Я была белой вороной и вполне это осознавала, - рассказывает она. - Ведь я имела вытянутое лицо и длинный нос, тогда как остальные члены семьи были круглолицые, с небольшими носами, ямочками на щеках или подбородке и все такое. Я не могла не заметить , что отличаюсь от них". Семья Рилатт также продолжала заботиться о Пегги, которую ранее ошибочно считала своей дочерью Со временем сомнения у обеих семей увеличивались, но жизнь продолжалась: обе девочки росли в атмосфере любви и заботы. Рилатты с Вилерами продолжали поддерживать отношения, что еще больше запутывало и без того сложную ситуацию. Маргарет - женщина, которую Валери долгое время считала мамой, - примерно раз в год наведывалась к Пегги. Валери тоже виделась с Рилаттами, но не так часто. "Они не верили, что нас перепутали, поэтому, наверное, не слишком гостеприимно меня принимали. Но лет в восемь я все же гостила у них четыре или пять дней. Помню, как я рассматривала спальню Пегги. Она как раз была в школе , а я перебирала ее вещи без всяких угрызений совести. Почему-то у меня было ощущение, что я имею на это право, как если бы это было мое". Когда Пегги было 20 лет и она собралась замуж, Маргарет больше не могла сдерживаться. Она рассказала девушке, чья она на самом деле дочь - на то время это уже признавали все четверо родителей, хотя и не говорили об этом вслух. Правда просочилась наружу, но прошло еще несколько месяцев, прежде чем Валери решилась посетить своих биологических родителей. "Мне было очень больно... Казалось, что для меня нет места, что я не принадлежу ни туда, ни сюда". Но когда она все же встретилась с биологическими родителями, "мы сразу стали как родные, это было просто невероятно!" - говорит Валери. Так же было и с Пегги с ее настоящими родителями. Впрочем, Фред Рилатт чувствовал вину за то, что так долго и решительно отталкивал родную дочь, пусть даже и по совету врача. "Он очень об этом жалел, - оправдывает его Валери. - Я могу его понять. Затем он очень мной гордился, и я его очень любила". Рилатты и Вилеры стали еще теснее дружить. Анализ ДНК подтвердил, что детей подменили, но они не подали в суд на больницу. "За эти годы я стала гораздо более сильным человеком, - говорит Валери, - а все мы - большой, дружной и счастливой семьей с двумя мамами и двумя папами". Сейчас Валери живет в Андорре и носит фамилию своих биологических родителей - Рилатт. К тому, что произошло, она относится философски. "Иначе я не прожила бы такую богатую жизнь, - говорит она. - Поэтому я бы не хотела ничего изменить". По мотивам интервью Валери Рилатт, которое она дала Пэдди О'Коннелл в программе Jeremy Vine Show, BBC Radio 2.
Две французские семьи, чьих детей перепутали в роддоме, недавно получили компенсацию более чем в два миллиона евро. Этот случай напоминает необыкновенную историю, которая произошла в Британии восемьдесят лет назад.