Блог мамы: материнство - не соревнование
Детская площадка в одном из спальных районов Киева. Несколько детей в возрасте от двух до четырех лет играют в просторной песочнице, обмениваются игрушками и периодически посыпают друг другу головы песком - под недовольные возгласы сидящих на скамейках и беседующих взрослых. Некоторое время картинка не меняется, и вдруг одна из мам наклоняется вперед к детям и громко говорит: - София, расскажи нам стишок про котика. Быстренько. В этот момент все присутствующие замолкают и поворачивают головы в сторону девочки в пестром розовом платье, которая сидит на корточках возле песочницы и сосредоточенно тычет палочкой в жука. София не хочет ничего рассказывать. София занята. У нее есть более важные дела. - Соня, сделай маме приятное. Ты же ЗНАЕШЬ этот стишок, - не унимается амбициозная мама. - Прыгнул котик, сел на ... На что он сел? На что сел? Помнишь? Жучок перевернулся на спинку. Реакции - ноль. - Сел на плотик. Сел на ПЛО-ТИК. Моет рот и ...? Что он моет? Что моет? Эй?! Жучок шевелит ножками. И пусть весь мир подождет. - София Викторовна, - звучит уже громче и строже. - Я тоже буду так делать, когда ты меня о чем-то попросишь. Разочарованная и расстроенная, женщина снова возвращается к зрителям, на которых и был рассчитан этот маленький спектакль, и начинает уверять, что обычно стишок отскакивает у Сони от зубов, и вообще неизвестно, что на нее сегодня нашло. Может, перемена погоды или вспышки на солнце. "Мы все так или иначе сравниваем своих детей с другими. Но иногда стремление дотянуться до планки, которую подняли посторонние, вредит всей семье" И тут свой голос подаёт другая мама. Уверенно и спокойно она обращается уже к своей дочери: - Ева, солнышко, а ты расскажешь нам о котике? Девочка в желтой футболке отрывается от пластмассового сервиза и быстро, не останавливаясь, выдает: - Прыгнул котик, сел на плотик, моет ротик и животик. Правильно, мама? Джекпот. Все "золотые семерки" в игровом автомате Лас-Вегаса. - Да, солнышко. Играй, - удовлетворенно улыбнувшись, говорит женщина и внимательно наблюдает за реакцией первой мамы. - У нее прекрасная память. Плюс школа раннего развития с шести месяцев ... Вы еще не ходите, да? - Не ходим, - сквозь зубы отвечает та. - А когда Соня заговорила? Кажется, в три? - Да, в три. - А мы в два. И уже понемногу читаем по слогам. Соня же еще не читает? - Еще нет. - Ну, ничего. Видимо, еще не время. Кому-то легче дается, кому-то - сложнее. Мы уже даже пошли на два иностранных ... Пополняем словарный запас. Солнышко! - Да, мама. - What is your name? (Как тебя зовут? - Ред.). - My name is Yeva (Меня зовут Ева. - Ред.). Бум! Еще одна победа. Сегодня удачный день для Евы и ее рьяного тренера. А вот для Софии, кажется, не очень, поэтому вечером ее ждет штормовая волна маминых амбиций. Ведь надо быстро догонять, муштровать, обтёсывать, чтобы хотя бы приблизиться к желанному "идеалу". Только кому это нужно: ребенку или маме? Мы все так или иначе сравниваем своих детей с другими - иногда сознательно, иногда нет, и это совершенно естественно, ведь ребенок - это продолжение нас самих, и мы хотим, чтобы это продолжение было лучшим. Но иногда стремление дотянуться до планки, которую подняли посторонние, неважные на самом деле люди, очень вредит всей семье, потому что мешает просто жить и наслаждаться жизнью. То, что должно быть счастливым и беззаботным детством, превращается в бесконечный забег с целью сделать из своего чада если не настоящего вундеркинда, то хотя бы вундеркинда в глазах других, и преодолеть свои собственные комплексы. На прошлой неделе в школе развития, которую посещают мои мальчики, я столкнулась с одной очень активной мамой. Мы с детьми опоздали, а во время занятия мальчики постоянно выбегали ко мне в коридор, чтобы проверить не ушла ли я. Она появилась из ниоткуда, плюхнулась на стул рядом со мной и сообщила, что ей придется забрать сына раньше - у него скоро английский, потом сразу китайский, а вечером - танцы. Я кивнула. И уже в следующие десять минут узнала, что все логопеды района назвали это ребенка будущим гением, потому что она заговорила в полтора года, что сейчас она изучает три языка одновременно и смеется в лицо "социализации", так как познала ее еще в пеленках. Когда же наконец меня спросили о моих планах на будущее детей, я ответила: "Ну, мы идем есть мороженое". И это была маленькая революция. Я осознала, что больше не хочу реагировать на эти провокации. Я не хочу сравнивать. Я отказываюсь смотреть на своих детей сквозь призму чужих критериев успеха. Прежде всего потому, что счастье моих сыновей в будущем не зависит от того, рано или поздно они заговорили, начали читать или здороваться на английском. Оно не зависит от количества занятий, которые мы посетим за день, и от того, насколько реализованной я буду себя чувствовать в роли матери. Я сказала себе, что мои дети сами знают, что им на самом деле нужно, когда и в каком количестве. И заверила себя, что сравнивать их следует не с кем-то другим, а только с самими собой. И именно поэтому я отказываюсь участвовать в любых, даже негласных, соревнованиях матерей. Поэтому незнание китайского в четыре года никогда не будет таким болезненным, как потеря детства. А погоня за образом "мамы вундеркинда" может принести разве что сиюминутную победу, но настоящий триумф не зависит от меня. И никогда не будет зависеть.
Когда воспитание детей превращается в забег, в котором главная цель - опередить других, то в конечном итоге проигрывают все.