"Мама по Скайпу": что делать с детьми трудовых мигрантов?
Памятник трудовым мигрантам на Закарпатье С этой ситуацией столкнулась психолог Марьяна Нич в одной из львовских школ. Такой прием психологи используют, чтобы глубже понять природу проблем ребенка. Мальчика воспитывали бабушка с дедушкой, потому что его родители уже несколько лет работали за границей. Мама уехала, когда он еще не ходил в школу. Он хорошо учился, не имел проблем с поведением, был хорошо обеспечен и, благодаря бабушке и дедушке, посещал различные кружки. "Кто такая мама? Мама - это та, кто присылает семье деньги", - комментирует внутренний мир ребенка психолог. Часто СМИ навязывают шаблон, "что все дети трудовых мигрантов ведут асоциальный и потребительский образ жизни", - рассказывает коллега Марьяны Нич - Ярина Хомчий из благотворительного фонда "Запорука", который занимается проблемами мигрантских семей. По ее словам, у детей трудовых мигрантов действительно иногда возникает зависимость от присланных из-за границы денег, бывают случаи "девиантного поведения", но это касается далеко не всех. И таким детям можно хотя бы частично помочь, но нужно заручиться поддержкой их родственников и учителей, говорят в благотворительном фонде. "Проблема с женским лицом" Официальных данных о том, сколько детей в Украине вырастают в неполных семьях трудовых мигрантов, нет, но речь идет о миллионах. С этим соглашаются как социальные работники, так и уполномоченный президента по правам ребенка Юрий Павленко. Депутат парламента Игорь Еремеев говорит, что речь идет о 8 млн семей, лишенных из-за трудового эмигрантства одного из родителей. По его данным, это около 4 млн детей, почти 10% населения. "Они, по сути, потеряли семью и остались один на один с собой", - говорит депутат, сравнивая эту ситуацию с послевоенным поколением сирот. И хотя по данным Международной организации по миграции две трети украинских мигрантов - мужчины, о трудовом мигрантстве говорят как о "проблеме с женским лицом". Ведь именно женская миграция тяжелее сказывается на семьях. И чем младше ребенок, тем больше травма от разлуки, говорят психологи. Часто все, что остается таким детям, - общаться со своими матерями по телефону или через Скайп. Отчасти поэтому сейчас интернет есть практически в каждом западноукраинском селе - даже там, где регулярно пропадает свет. Что делать? По мнению депутата Еремеева, у государства есть два пути, чтобы решить проблему социального сиротства. Сделать, чтобы родители не выезжали за границу, и организовать систему ухода за теми детьми, чьи родители уже на заработках. О том, что государство пока не справляется ни с первым, ни со вторым, не скрывают даже на самых высоких уровнях. "Дети трудовых мигрантов очень редко подпадают под социальное сопровождение, потому что специалист не знает, что с ними делать", - говорит Юрий Павленко. По его словам, сейчас государство предоставляет социальное сопровождение только 300 тысячам семей в сложных жизненных обстоятельствах. Однако дети трудовых мигрантов официально не подпадают под такую категорию. Да и помогать этим детям надо по-другому, ведь речь идет прежде всего не о материальной помощи, а о психологической, говорит уполномоченный президента. В том, что государство может собственными силами эффективно помочь таким детям, сомневаются в украинском представительстве Детского фонда ООН (ЮНИСЕФ). Глава представительства Юкие Мокуо предлагает ввести госзаказ на социальные услуги, который бы выполняли общественные организации. По ее мнению, неправительственные структуры будут работать эффективнее и масштабнее. В благотворительном фонде "Запорука" соглашаются, что это было бы хорошим шагом, однако говорят, что прежде всего государство должно развить сам институт социального заказа. "В первую очередь государство должно признать проблему и взять на себя ответственность за нее", - говорит Ярина Хомчий, добавляя, что государству будет чему поучиться у неправительственных организаций. По ее словам, стоит обратиться к примеру Италии, где неправительственные структуры, которые работают в социальной сфере за государственные деньги, подчиняются непосредственно министерству. После строительства больше всего украинских трудовых мигрантов заняты в области ухода за людьми Своими силами Между тем проблемами детей мигрантов пока больше занимаются именно негосударственные организации. Уже в течение 20 лет с такими детьми работает Украинская греко-католическая церковь, большинство прихожан которой сосредоточены именно на Западе Украины, где эта проблема стоит наиболее остро. УГКЦ имеет центр помощи детям мигрантов в Украине, а также открыла украинские школы для таких детей за рубежом: в Италии, Португалии, Испании и Греции. "Даже лучшая государственная программа... не сможет дать ребенку то, что должны дать папа и мама", - говорит глава УГКЦ Святослав Шевчук. По его словам, заработки родителей воспитывают у детей потребительское отношение к папе и маме. И даже после возвращения на родину восстановить в семье любовь и теплые отношения часто бывает невозможно. "Да что нужно этому ребенку?" Для многих западных украинцев, которые выехали на заработки, источником поддержки в чужой стране становится церковь О том, как нелегко помочь таким семьям, не понаслышке знает и психолог "Запоруки" Марьяна Нич. Одно из главных препятствий в ее работе - это необходимость достучаться до ребенка через заслон родственников и учителей, которые часто "отстраняются", как говорит психолог, чтобы скрыть проблемы детей. "Бывали такие моменты, когда педагогические работники говорили: да что нужно этому ребенку? У него все есть, у него удовлетворены потребности, он обеспечен, у него выше уровень достатка, чем даже у самих педагогов", - говорит Нич. Чтобы уменьшить психологические травмы у детей, психолог советует родителям, решившим ехать за границу на заработки, осознанно и откровенно поговорить о своих планах с семьей. "Очень важно это проговорить, подготовиться к этому, принять эти обстоятельства, при которых семья будет проживать, сформировать для себя своего рода семейный миграционный проект", - говорит она. Таких взвешенных и откровенных семейных разговоров не хватало именно в первые годы трудовой эмиграции в 1990-х, когда люди ехали на год-два, а оставались на 10 лет, добавляет эксперт. "Мама, почему вы плачете?" И все же общественных инициатив, которые бы помогали детям мигрантов справиться со сложными обстоятельствами, явно недостаточно как для многомиллионной армии таких детей. Замалчивание проблемы видно хотя бы по тому, что тема детей трудовых мигрантов практически отсутствует в современной культуре. Документальный фильм "Женщина-банкомат" от студии "1+1", книга Марьяны Савки "Мама по скайпу" и несколько видеороликов с нецензурным и местами черным юмором - практически все, что удалось найти на эту тему. В одном из таких видео, которое распространяется в интернете, молодой лоботряс, которого играет львовский певец и комик Дзидзьо, говорит по телефону с мамой, находящейся в Италии на заработках: "Я купил джип за 300 долларов. Мама!.. А где я деньги взял? Снился дед и говорил, чтобы вы в этом году не вздумали ставить ему памятник". И после короткого очень бранного спора истерическим тоном добавляет в трубку: "Почему вы плачете, почему вы в меня не верите?" Но уже через минуту у парня снова все в порядке: машина куплена, а мама - вне зоны доступа.
Когда одного 11-летнего ученика львовской школы попросили нарисовать портрет родителей, он нарисовал маму в виде долларовой купюры.