Зачем нужна польско-литовско-украинская военная бригада?
По словам эксперта, созданиe польско-литовско-украинской военной бригады важно и с символической, и с практической точки зрения Как ожидается, первые учения нового формирования состоятся уже осенью. Днем ранее Коморовский напомнил полякам о существующей внешней угрозе безопасности государства. Похоже, что так думает не он один: в Финляндии начинают рассылку писем резервистам с разъяснениями, что делать в случае возникновения кризисной ситуации. А в Северном море начались противолодочные учения НАТО. И все это - накануне празднования Дня Победы в России... Ведущий программы Русской службы Би-би-си "Пятый этаж" Михаил Смотряев беседует на эту тему с украинским политологом Владимиром Фесенко. Михаил Смотряев: Несколько достаточно восторженных цитат мы слышали в начале. Так думают не только некоторые люди на Украине, но и, например, один из соучредителей Польского независимого профсоюзного движения "Солидарность", Збигнев Буек: "Было бы фантастически, если бы польские солдаты воевали в Донецке, тогда мы покажем, что строим глубокий, длительный и стратегический союз, который будет гарантией не только нашей безопасности, но и европейской". Не слишком ли это восторженно? Принимая во внимание, что речь идет о подразделении величиной 4,5 тысячи человек? Владимир Фесенко: Это слишком завышенные оценки, и пока не очень реалистичные. Не думаю, что в текущем году… Михаил Смотряев: Здесь интересно то, что разговоры о создании этого подразделения начались еще в 2007 году, и тогда острой реакции со стороны России не было. Европейская бюрократия движется медленно, и финальные соглашения подписывались уже в 2014 году, когда было уже совершенно понятно, какова ситуация на Украине и вообще европейская безопасность. Владимир Фесенко: Почему у меня есть сомнения, что этот батальон окажется в зоне конфликта? Это связано с позицией ЕС, отчасти с позицией НАТО, которые не хотят вмешиваться в этот конфликт. Михаил Смотряев: Совершенно ясно, что НАТО не желает вмешиваться в этот конфликт военными силами. Но Украина не является членом НАТО, защищать ее согласно статье 5 альянса не обязательно. Что касается Литвы и Польши, ситуация совсем другая. Если та или другая окажутся жертвой нападения, защищать их придется. В этой связи разговоры о том, что это будет некое ядро неких боеспособных сил – у НАТО достаточно боеспособных сил? Но, чтобы их использовать, нужна политическая воля и соответствующие обстоятельства. Обстоятельства могут сложиться извне: происходящее в последний год на Украине показывает, что это вполне возможно. А вот с политической волей пока не очень. Владимир Фесенко: Дело не только в политической воле. Скорее, есть некие политические ограничения, опасения, что участие и отдельных стран ЕС, и отдельных стран НАТО, поставки оружия на Украину могут спровоцировать большую войну с Россией. Это и есть главный ограничитель. Что касается самого сотрудничества, нужно рассматривать создание этого батальона как продолжение того, что было. Возможно, не все знают, что украинско-польское военное сотрудничество обкатывалось во время операции в Ираке. В составе международного военного контингента поляки и украинцы действовали в рамках одной военной единицы. Было общее командование, и тот опыт был базой для последующей инициативы. В дальнейшем украинско-польское сотрудничество, к которому потом присоединилась Литва, было связано со следующим. Для Украины это был способ создания экспериментальной площадки взаимодействия с НАТО, отработки военного взаимодействия. Символическое значение было, возможно, еще больше, особенно сейчас, в условиях конфликта на востоке Украины, поскольку оно показывает, что Украина движется в сторону сотрудничества с НАТО, пока на уровне сотрудничества с отдельными странами. Михаил Смотряев: Что касается символов, то заявление господина Комаровского может быть рассмотрено и в рамках предвыборной борьбы на выборах, которые состоятся в Польше в ближайшее время. Тем более, что его левые противники обвиняют его в том, что он своими руками порушил налаживающиеся отношения с Россией. А если посмотреть в историческом контексте, то, услышав эту новость, коллеги сразу сказали, не сговариваясь: "Речь Посполита". Владимир Фесенко: На Украине и в Литве помнят о великом княжестве Литовском, где когда-то был то ли прарусский, то ли древнеславянский, то ли древнерусский язык, который использовался официально. Позднее поляки туда входили. Это была большая конфедерация, туда входили и южнорусские княжества, и располагавшиеся на территории Белоруссии. Но это древняя история. Такое сотрудничество - способ преодоления политических и исторических противоречий. У Польши и Украины были достаточно острые и непростые проблемы. То же самое касается поляков и литовцев. Факт военного сотрудничества между ними показывает, что они могут их преодолевать перед лицом общей угрозы. Было подписано соглашение о сотрудничестве, но в первую очередь речь, конечно, идет о некоей символике. На уровне этого батальона отрабатывается модель присоединения Украины к НАТО. Пока с отдельными странами НАТО, а в перспективе в более масштабных формах. Но практическая сторона тоже присутствует. Как я упомянул, был опыт военного сотрудничества в реальной военной обстановке. Будем надеяться, конфликт на востоке прекратиться. В перспективе этот батальон может участвовать в миротворческих операциях в других частях мира, такой опыт уже был. Тогда и на практике это пригодится. И отработка взаимодействия, военных практик, которые используются в странах НАТО, важно для военного реформирования на Украине. Это полезно даже с политической точки зрения. Михаил Смотряев: Но, разумеется, о переброске польских или литовских военных на восток Украины, о чем мечтают некоторые горячие головы, речь не идет ни в каком случае. Владимир Фесенко: Конечно, нет. Руководство ЕС и НАТО категорически против, да и руководство Польши и Литвы, хотя и проявляют высокий уровень солидарности с Украиной и помогают нам экономически и даже вооружением, тоже воздержатся от таких действий, понимая все риски. Есть добровольцы. И с той, и с другой стороны воюют граждане третьих стран. К сожалению, определенная интернационализация этого конфликта на индивидуальном уровне уже произошла. Эти люди воюют за идею, вопрос - за какую? Проблема существует, но она имеет другое измерение. Михаил Смотряев: Это правда, и помимо воюющих за идею, всегда хватало желающих воевать за деньги.
Президент Польши Бронислав Коморовский подписал постановление о создании военной бригады численностью до 4,5 тысяч человек, в которой будут служить, наряду с поляками, граждане Литвы и Украины.