Густав Климт и Эгон Шиле: художники, которые шокировали Европу
На первый взгляд, между Густавом Климтом и Эгоном Шиле не слишком много общего. Классический сластолюбец Климт золотыми красками рисовал блестящую жизнь венской элиты. Шиле - почти на тридцать лет моложе, увлеченный собой и своими внутренними конфликтами - изображал искореженные тела, шокируя публику. Однако, этих двух художников объединило взаимоуважение и дружба на всю жизнь. Оба они уверенно следовали собственному творческому видению, были готовы платить за него любую цену, пока в 1918 году эпидемия гриппа не забрала их жизни. Климт первым отверг условности академической живописи. Разочарованный удушающими ограничениями Общества художников Künstlerhaus, участие в котором считалось обязательным для венских художников, он вместе с несколькими другими коллегами вышел оттуда и основал альтернативное творческое объединение - Венский сецессион. Когда Климт представил свою картину «Философия», где голые фигуры карабкаются друг на друга, руководители университета ужаснулись Его новые убеждения провокационно воплотились в картине Nuda Veritas (1899). Искусствовед из Фонда Климта Сандра Треттер видит в ней "сущность конфликта между Обществом художников и Сецессионом". Обнаженная женщина держит в руках зеркало истины, а у ее ног лежит бездыханный змей заблуждения. Над ее головой отчеканена на позолоте цитата из Шиллера: "Если твои поступки и произведения не угождают всем, угождай немногим. Нравиться всем - плохо". Климт явно не искал всеобщего одобрения, когда взялся за подряд - картину на потолок парадного зала Венского университета, руководство которого, очевидно, еще не знало о новом направлении его творчества. "Университет надеялся увидеть торжество просветления и науки", - объясняет Дитард Леопольд, куратор Музея Леопольда в Вене, где в этом году проходит несколько выставок работ Климта, Шиле и их современников. Все ужаснулись, когда увидели первые завершенное панно: голые фигуры, которые взобрались друг на друга, и сонное лунообразное лицо. Следующее панно для парадного зала Венского университета, "Медицина", вызвало еще большее раздражение Это, по мнению Климта, должно было символизировать философию. В первые дни после открытия панно 87 представителей университета публично пожаловались на эту работу и отправили в министерство образования петицию о том, чтобы отменить остальные заказы. Раздражение усилилось с открытием следующего панно "Медицина", где Климт изобразил обнаженную женщину с заброшенным назад торсом; ее гениталии особенно бросались в глаза, если смотреть снизу. За эту картину Климта обвинили в порнографии, приобщив к делу государственного прокурора. Хотя он не увидел оснований снимать картину, дебаты продолжались и даже дошли до парламента - это было первое парламентское обсуждение культурной проблемы. Климт недвусмысленно заявил о своем отношении к недоброжелателям в картине "Золотая рыбка" (1902), где женщина беспардонно показывает зрителям ягодицы. Говорят, художник хотел назвать эту картину "Моим критикам". Последняя картина из серии - "Юриспруденция", где аморфное морское существо обвивает щупальцами грешника в раскаянии - подняла третью волну возмущения. Говорят, что Климт сначала хотел назвать свою картину "Золотая рыбка" - "Моим критикам" Хотя министерство образования вновь заступилось за Климта, было принято решение найти этим картинам постоянное место в галерее, а не на потолке. Климт разозлился и захотел оставить их себе, вернув университету задаток. Ему сначала отказали, но после драматической схватки, в которой, как говорят, Климт с оружием в руках не подпускал к картинам работников, которых прислали их снять, министерство в конце концов сдалось. К большому сожалению, картины были уничтожены при отступлении войск СС в 1945 году. Остались только нечеткие черно-белые фотографии. Климт больше никогда не брался за государственные заказы. "Он сосредоточился на пейзажах и портретах, в частности, на блестящих портретах высшего света, которые и принесли ему славу", - рассказывает Сандра Треттер. На знаменитой картине Климта "Поцелуй" романтическая позолота скрывает суровую и грубую действительность В них Климт намекал на неприятную реальность под позолотой: мир адюльтера и проституции, где мужчины потакали своим желаниям и одновременно публично осуждали женщин, которые эти желания удовлетворяли. Даже знаменитый "Поцелуй" - не такой, как кажется на первый взгляд. "Если присмотреться, у мужчины очень некрасивая шея, а также эрекция. Этот человек - олицетворение сладострастия, хотя сначала картина кажется нам милой и романтичной", - объясняет Леопольд. Художник и его тело Бескомпромиссность Климта понравилась молодому Шиле, который добился встречи с метром в 1907 году, когда еще был студентом Художественной академии и переживал разочарование формальным образованием. Одаренный не по годам, Шиле впервые проявил талант в подростковом возрасте, когда нарисовал свою младшую сестру в жанре ню, чем сильно напугал родителей. По мнению Леопольда, который также имеет квалификацию психотерапевта, это увлечение юными девушками частично стало следствием непростых отношений Эгона с матерью, а позже привело к скандалам. Гротескная образность, с которой Шиле изображал собственное обнаженное тело, не имела аналогов во всей истории искусства Безусловный талант Шиле привлек внимание Климта, и он взял юношу под крыло, предоставляя ему натурщиц и пригласив к участию в выставке Kunstschau 1909 года. Впрочем, четыре картины Шиле, выставленные там, были слишком похожи по стилю на его учителя и не поразили зрителей. Климт также познакомил его с членами объединения декоративного искусства Wiener Werkstаtte ( "Венские мастерские»). И когда Шиле предложил им свои акварели для печати на открытках, их не приняли из-за нехватки деликатности, необходимой для этих изделий. Ища новые формы самовыражения, Шиле обратился к собственному телу, черпая вдохновение в нем. Цветной Кабул: как художники меняют город В своем первом обнаженном автопортрете 1907 года, где его поза заимствована из женской фигуры в "Медицине" Климта, он изобразил себя беспомощным и ломкими, отчужденным от других людей. Его эксперименты со стилем быстро прогрессировали, но измученные и извилистые фигуры, выходившие из-под его кисти, не получили высокой оценки в Вене. Измученные и покрученные фигуры Шиле не получили высокой оценки в Вене Разочарованный такой реакцией на свое творчество, Шиле вместе с подругой Валли (бывшей натурщицей Климта) ищет убежище в крохотном городке Крумау. Пара сразу вызвала у местных жителей подозрение, а Шиле не сделал ничего, чтобы их успокоить. Но молодежь тянулась к приезжим, и Шиле воспользовался случаем, чтобы рисовать молодые тела, которые так его завораживали. Слухи расходились быстро, и когда его застали за рисованием юной девушки, которая позировала ему в саду без одежды, их с Валли попросили уехать из Крумау. Они поселились в Нойленгбахе, где вскоре разразился новый скандал: другая девушка сбежала из дома, желая жить с Эгоном и Валли. Это побудило ее отца подать на Шиле в суд за похищение дочери. Во время обыска в доме Шиле полиция нашла и конфисковала одну акварель с изображением обнаженной натуры и 125 других рисунков. После допроса, Шиле предъявили официальные обвинения: похищение несовершеннолетней и подстрекательство к разврату. Интерес Шиле к рисованию подростков вызывал подозрения и привлекал внимание полиции В суде с него сняли первое обвинение, но приговорили к трем дням заключения по другому: ведь девушка, когда была у него дома, явно видела ту оскорбительную акварель. Похоже, этот приговор стал поворотным моментом в творчестве Шиле, который больше никогда не рисовал обнаженных подростков. Обеспокоенный Климт рекомендовал его новым клиентам, которые заказывали у него портреты. Шиле повзрослел - в частности под влиянием Первой мировой войны и брака с Эдит Хармс, девушкой из респектабельной семьи. После войны он мечтал о новом обществе, где художники помогали бы восстанавливать разрушенный мир вокруг. В незавершенной картине 1918 года под названием "Друзья" Шиле воспевает братство художников, которое он стремился создать. На картине Климт и Шиле сидят за столом вместе с шестью другими художниками. Смерть Климта в феврале того же года оборвала эти мечты. Безутешный Шиле написал портрет учителя на смертном одре, а когда ему предложили быть организатором весенней выставки Сецессиона, переделал "Друзей" в афишу выставки, с пустым креслом на месте Климта. Учителя не стало, а новые работы Шиле пользовались бешеным успехом. Он должен был стать одной из главных творческих личностей Вены, но через восемь месяцев стал жертвой той же эпидемии гриппа. Нам остается только предполагать, что он мог бы подарить человечеству - и что, к сожалению, не удалось. Прочитать оригинал этой статьи на английском языке вы можете на сайте BBC Culture. Следите за нашими новостями в Twitter и Telegram.
Два титана венского искусства, которых объединяла крепкая дружба и свобода творческого самовыражения, эпатировали многих своих современников.