Не слишком ли много у детей игрушек?
Я стояла в детской комнате с пустой сумкой в руках. Мы переезжали в другую страну и могли захватить с собой лишь несколько игрушек, чтобы продержаться, пока остальные не прибудут кораблем через несколько месяцев. В чемодане сразу же оказались "истории в кубиках" - оригинальные кубики с картинками, которые вдохновляют детей на рассказы, рисунки и даже полномасштабные театральные постановки. Оба моих ребенка любят рукоделие, поэтому я добавила помпоны, блестки и фигурные дыроколы. Далее в чемодан, как в ковчег, парами направились представители звериного царства. Каждая игрушка подлежала строгому фейс-контролю, прежде чем отправиться через полмира из Швейцарии в Сингапур. Проявлял ли к ней интерес хотя бы один из моих детей за последний месяц? Старые резиновые поросята проходят контроль успешно. С ними - ведерко конструктора фирмы Duplo для мальчиков и девочек, а после истерики дочери - еще один конструктор, розовый. В последнюю минуту на глаза попадается игра "змеи и лестницы", которая очень нравится моему сыну (при условии, что никто не отбирает у него ход). Ассортимент игрушек дома у Джоан Фурнисс К остальным же игрушкам никто не притрагивался минимум месяц. Полки плотно упакованы куклами, пазлами, поездами, дудочками, плетеными пирожными, машинами экстренных служб разных народов мира и стройматериалом в количестве, которого хватит на построение моста до Сингапура. Так почему же мы покупаем столько игрушек? Психолог Оливер Джеймс, автор пособия для родителей "Бомбардировка любовью", убежден, что широкий арсенал игрушек не является потребностью детей. "Большинство детей нуждается в так называемом переходном объекте, - говорит Джеймс, - их первом мишке, которого они всегда носят с собой. Все остальное - это желание, сформированные социумом". Похоже, что мы с радостью формируем такие желания у наших детей - согласно отчету Ассоциации продавцов игрушек, одни только британцы ежегодно тратят на игрушки 3 миллиарда фунтов стерлингов. Музей детства в лондонском районе Бетнал-Грин, филиал Музея Виктории и Альберта Кэтрин Хоуэлл работает куратором Музея детства, который является филиалом Музея Виктории и Альберта, в коллекцию под ее наблюдением входят и конек-качалка, которому 400 лет, и современный Базз Лайтер (персонаж мультфильма "История игрушек" – Ред.). Она соглашается, что нынешние дети имеют гораздо больше игрушек, чем предыдущие поколения. Несмотря на засилье игрушек по мотивам популярных фильмов и мультфильмов (тренд, начавшийся с серии фигурок "Звездные войны" в 1970-х гг), госпожа Хоуэлл утверждает, что традиционные игрушки, такие как куклы и кубики, никогда не теряют популярности. "Ребенок всегда возвращается к своему набору кубиков, ведь он позволяет дать волю воображению". И действительно, мой трехлетний мальчик - мечта маркетологов - очень хотел игрушку по мотивам любимого мультсериала "Октонавты". Но получив на Рождество желанную подлодку из этого сериала, он играл ею ровно день. По мнению господина Джеймса, игрушки, которые должны определять ход игры, - а это особенно касается линеек "по мотивам фильмов", - предлагают ограниченные возможности развлечений. Базз Лайтер может быть лишь космическим рейнджером, тогда как кукла - голодным младенцем, гостем на званом обеде или тем же космическим рейнджером, как ребенок пожелает. Игрушки, которые диктуют, как с ними играть, могут быть даже вредными, предостерегает господин Джеймс. "Через игру и выдумки дети познают себя. Если же игрушки дают мало простора фантазии, это вредит процессу самопознания". Итак, самое главное в игрушках - это "игровая ценность", говорит Лиат Хьюз Джоши, автор книги "Воспитание детей: первые годы". "Игрушки несут с собой огромные преимущества - радость, творчество, знания". Сын Джоан любит играть палками По ее мнению, хорошая игрушка имеет три признака: "Социальная ценность - кукольный домик позволяет детям играть вместе; разнообразие - из конструктора можно собрать что угодно, и, наконец, прочность - например, деревянной железной дорогой ребенок сможет играть много лет". А еще лучше, считает Джеймс, когда ребенок "колонизирует" бытовые предметы - использует их в качестве игрушек. Быстрый обзор детской комнаты показывает, что мои двое детей недавно "колонизировали" мои формы для выпечки (барабаны), полотенца и прищепки (хижина) и большую пластмассовую коробку (сын сделал из нее ковчег, украсив даже портретом Бога). Это объясняет, почему дети любят палки, эти "швейцарские ножи" воображаемого мира. Огромный творческий потенциал случайных предметов - это сила, которую производители игрушек тоже пытаются обуздать. Старый добрый металлический конструктор с винтиками и гаечками (известный в Британии под названием Meccano) недавно получил премию за соблюдение традиционных игрушечных ценностей. Терри Буррет, основатель премии "Медленная игрушка", объясняет, что вдумчиво разработанные промышленные изделия лучше случайных предметов по многим критериям, но один из них особенно важен: "Как убедиться, что предмет безопасен для ребенка? Каждая игрушка, отмеченная нами, прошла проверку на безопасность, а также развивает жизненные навыки ребенка". Среди других лауреатов премии "Медленная игрушка" в 2013 году - стильная кукольная коляска датского производства, набор экологических строительных материалов TWIG и классический трехколесный велосипед. Но сколько игрушек – это уже слишком много? Сторонники идеи об уменьшении их численности говорят, что детям может вредить даже не сущность игрушек, а само их количество. Некоторые родители думают, что братья и сестры будут меньше ссориться, если всегда будут иметь что-то новенькое, но на самом деле все наоборот - большее количество игрушек может сделать их эгоистичными. Джошуа Бекер, отец двоих детей и автор книг об упрощении быта и жизни, объясняет: "Люди лучше сотрудничают и охотно делятся ресурсами, когда они ограничены; то же касается и детей". Минимализм распространяется на всех членов семьи господина Бекера. У детей есть очень компактное место для хранения игрушек, и поэтому они должны придерживаться правила "хочешь новое – избавься от старого". Он убеждается, что его дети "творчески проводят время" - катаются на самокатах по парку, играют в бейсбол и футбол, приглашают друзей, чтобы вместе поиграть куклами, делают поделки. В дополнение к этому, говорит он, они учатся длительной концентрации внимания, а также, как лучше заботиться о своем имуществе и быть более изобретательными. Господин Бекер надеется, что эти хорошие привычки продержатся всю жизнь: "Мои дети осознают, что не надо быть, как все, и поддаваться соблазнам потребительства". В своей книге "Эпидемия потребления", Джеймс описывает эмоциональные проблемы британцев и американцев, связанные с тем же материализмом, против которого призывает и Бекер. Интересно, что жители континентальной Европы имеют вдвое меньший риск заразиться материальной жадностью и, как следствие, стать несчастными. Можно ли считать случайным, что в образовании континентальной Европы важное место занимает обучение практическим навыкам жизни? Например, в Швейцарии, где я прожила семь лет, важным ритуалом взросления является участие в "лесных отрядах" (Waldspielgruppe). Начиная с трех лет, дети отправлялись в лес, вооруженные молотками и пилами в натуральную величину. Они разводили костер, готовили пищу и собирали шишки. Никаких игрушек там не было. Только счастливые дети - и множество самоделок из природных материалов. Сейчас, когда на смену кусачему швейцарскому морозу пришел сингапурский сезон дождей, я рада, что захватила с собой игрушки. Возможно, детям они не так нужны - но нужны занятым родителям. Переезд стал для нас возможностью избавиться от лишнего, и мы это охотно сделали. Теперь у нас много пустых коробок, который ждут "колонизации", а также множество творческих идей, как играть больше, имея меньше.
Магазины уже готовятся к Рождеству - начинают выставлять на прилавки новинки игрушечной индустрии; однако некоторые общественные активисты призывают нас изменить подход. Не много ли у западных детишек игрушек, интересуется Джоан Фурнисс.