"Почему я сожалею о своем пристрастии к загару"
Я была одержима загаром. Быть смуглой означало быть собой. Без загара я не узнавала себя в зеркале. Глупости, знаю. Но так я чувствовала. Смуглая кожа повышала мое мнение о себе. Я часто повторяла, что она меня "тонизирует" - делает здоровее и более уверенной в себе. На самом деле мое неудержимое желание быть загорелой было отнюдь не здоровым. Не знаю, откуда это желание взялось. В школе я всегда была бледной, и в принципе я не склонна к навязчивым идеям. Думаю, солярий каким-то образом стимулирует положительные чувства. Когда человек находится на солнце, в его организме выделяется серотонин - "гормон счастья". Примерно в 16 лет я начала посещать солярий - сначала раз в неделю, дважды, потом дошло до того, что я уже ходила туда каждый день. Признаю: у меня развилась зависимость. После операции, без загара Родители говорили мне, что это вредно для кожи, но я не думала о последствиях. За десять лет я перепробовала множество соляриев в разных салонах и даже арендовала некоторые для домашнего использования. Это был мой выбор, и я никого не обвиняю в том, что со мной произошло. И все же этот выбор был не вполне сознательный. За 10 лет никто из работников салонов не дал мне ни одного совета, как ухаживать за кожей или какой уровень ультрафиолетового излучения является безопасным. В салонах не было даже информационных плакатов. Впрочем, большинство моих друзей понимали рискованность моего увлечения и пытались меня предостеречь. Перед каждым моим отпуском коллеги непременно шутили на эту тему. "Какого цвета ты хочешь добиться в этот раз?" - "Цвета красного дерева", - всегда отвечала я. С загаром я словно сама излучала тепло - не боялась никаких трудностей, всегда была в хорошем настроении и сама себе нравилась. Со временем загар, конечно, въедался все глубже и глубже, и я привыкла видеть себя коричневой и в редкие "бледные" моменты чувствовала себя некомфортно. С постоянными визитами в солярий и зарубежными отпусками, в которых я проводила около шести недель в году, я навлекла на себя беду. Около 12 лет назад я все же перестала загорать, потому что увидела, что от этого быстрее появляются морщины. Но даже и тогда мне не пришло в голову, что мне может грозить рак кожи, а тем более одна из самых смертоносных его форм - злокачественная меланома. Это был самый сложный период моей жизни, но я очень счастлива, что выжила и теперь могу предостеречь других. Моя жизнь навсегда изменилась 5 февраля 2014, когда я узнала, что больна раком. Шел пятый день моего двухнедельного отпуска на Канарском острове Фуэртевентура, и мы с моим женихом как раз устраивались на балконе, чтобы выпить чего-нибудь прохладного после прекрасного дня, проведенного на солнце. И тут мне на телефон пришло сообщение от дерматолога с просьбой немедленно ему перезвонить. Месяц назад он делал биопсию маленького красного пятна, которое появилось у меня на ноге, на задней стороне. Более чем за полгода до того, в июне 2013-го, я обнаружила это пятно и приняла его за укус насекомого. Оно не болело и не кровоточило, просто появилось неизвестно откуда. Мой участковый врач и дерматолог тоже подумали, что это укус насекомого, в котором начался воспалительный процесс. Я нисколько не волновалась. Но через полгода я уже стояла в курортных апартаментах с телефоном в руках, слушая своего дерматолога: "Мне очень жаль, но это оказалась меланома". Тогда я еще не знала, что это значит, но у меня уже скрутило живот. Я была шокирована, но я - человек положительный, поэтому я должна была как-то верить, что все будет хорошо. Я попала в руки к ведущим онкологам мира, которые великолепно разбираются в меланоме, и я была уверена, что обо мне позаботятся наилучшим образом. Очень благодарна моему врачу-консультанту Оудиту и его коллегам из манчестерской больницы Кристи. Теперь Лора даже под одеждой использует крем с защитным фактором 50 В конце февраля прошлого года мне удалили часть тканей вокруг пятна, а также провели биопсию сигнального лимфатического узла. Меланома развивалась. Пришлось вырезать все лимфатические узлы с правой стороны паха, а также, по моему собственному желанию некоторые другие узлы тазовой части, методом лапароскопии. 4 июня, через неделю после основной операции, мне сказали, что меланомы в моем организме больше нет. Я обняла врача и подумала, что все уже позади - можно вернуться к обычной жизни. Я должна была бы прыгать от счастья, но тут я сломалась и предалась тревоге о том, что еще могло произойти у меня внутри. Все, кто сталкивался с раком, знают, что он поражает не только один какой-то орган. Он меняет всю жизнь, и не только вашу, но и ваших близких. Я утратила всю уверенность в себе. Я не хотела ни на минуту оставаться в одиночестве. Временами я не могла как следует ходить самостоятельно или принять душ, не могла управлять авто. Несколько недель я ходила с дренажем на ноге и должна была ежедневно делать себе инъекции, чтобы предотвратить образование тромбов. Краткая история загара Моду на загар ввела кутюрье Коко Шанель, после того как случайно обгорела в круизе в Канны в 1923 году Еще больше меня беспокоили мысли о будущем. Как будут жить без меня жених и мама? Проживу ли я еще полгода до следующего дня рождения? Увижу ли еще одно Рождество? Все эти ужасные мысли очень меня угнетали. Много месяцев я не хотела покупать себе новую одежду. Кроме эмоциональных проблем, мне на память осталась еще лимфедема - накопление жидкости в ноге из-за отсутствия лимфатических узлов в паховой области. Но я обнаружила, что и с отекшей ногой можно жить! Я ее должна массировать ее дважды в день, носить компрессионное белье и избегать укусов или царапин. Также эту ногу нельзя брить. Я бы никому не пожелала той боли и тревоги, которые постигли меня и моих близких - только потому, что я любила загорать. Сегодня люди больше знают об опасности ультрафиолетового облучения, но все равно, как мне кажется, большинство думает: "Со мной этого не случится". В Великобритании действует около 3 тысяч соляриев; только 20% из них входит в "Ассоциацию соляриев", которая ответственно относится к своему делу и рекомендует определенные лимиты облучения. Но чем руководствуются остальные 80%? Загар этого не стоит, особенно если у вас, как и у меня, бледная кожа, склонная к солнечным ожогам. Пока я снимала для ВВС документальный фильм на основе своей истории, мне удалось убедить девушку по имени Джесс отказаться от солярия. В Джесс я узнала себя: загар тоже повышал ее самооценку, и она тоже не задумывалась о последствиях. В свои 19 лет она уже имела четырехлетний стаж посещения солярия три раза в неделю, тем более что для нее это бесплатно, поскольку она работает в солярии. Найдя на ноге красное пятнышко, я ждала еще три месяца, прежде чем обратиться к врачу. Я с ужасом представляю, что могло бы произойти, если бы я еще затянула свой визит к врачу. Призываю всех: если родинка меняет размер, форму или цвет - или, как у меня, появляется какое-то новое образование - немедленно обратитесь к врачу. Пожалуйста, не прячьте голову в песок. Чем раньше будет поставлен диагноз, тем выше шансы на успешное лечение. Лора учится принимать себя бледной Я каждый день вспоминаю о том, как болела раком кожи, - но не позволю этим мыслям испортить мою жизнь. Я набралась храбрости и снова поехала в заграничный отпуск. Это было существенное испытание для меня, но я преодолела страх и сумела отдохнуть. Теперь, за полчаса до выхода на улицу, я мажусь кремом с защитным фактором 50 и одеваю одежду, закрывающую меня с головы до ног. Кому какое дело до моего вида? Я полностью избегаю полуденного солнца, пересиживая его в тени. Я даже беру с собой в отпуск крем для искусственного загара. Я все равно могу быть "шоколадкой", пусть и фальшивой. Прежде без загара я не чувствовала себя собой. И сегодня я порой есть такое ощущение. Бывает трудно смириться со своей полной бледностью. Но мне опять же помогает автозагар. Немного крема на лицо - и лучезарный вид возвращается. Теперь ничто не заставит меня сидеть на солнце без защиты. Придется принять себя и свою внешность. Советы любителям загара Комитет по вопросам здравоохранения и безопасности предостерегает, что любое ультрафиолетовое облучение, осуществляемое с помощью специального оборудования, является потенциально вредным, особенно для тех, у кого:
Лора Мэй Макмаллан годами посещала солярий, а все отпуска проводила на пляже. Только когда у нее обнаружили рак, она поняла, что любовь к смуглой коже поставила его жизнь под угрозу.